ДП: Удалённые знания: пандемия запустила революцию в системе образования

Платформы с открытыми онлайн–курсами могут полностью изменить представление о дистанционке и усилить конкуренцию в системе высшего образования

Дистанционные формы образования в высшей школе часто недолюбливают. Отдельные футурологи–алармисты стращают нас, что качество их будет низким, а потому учиться в онлайне станут только “бедняки” — то есть широкий круг граждан, которому пока что все полагается в офлайне за деньги налогоплательщиков. Из этого делается вывод, что состоятельные люди предпочтут платить за “магию” личного контакта с преподавателем.

Пандемия, действительно, ускорила процесс перехода в онлайн, не оставив выбора консервативной системе. Но практика показывает, что вполне возможны и гибридные модели.

Открытый университет

Пример, который развивается на наших глазах, — онлайн–платформа СПбГУ. Университет предоставил свободный доступ к своим материалам и за первые 2 недели карантина привлек 10 000 студентов из 45 вузов России. Важная особенность: студент проходит курс дистанционно, подтверждает знания и после этого может зачесть дисциплину в родном вузе, без дополнительных испытаний.

Редакция “ДП” направила запросы в ведущие вузы Петербурга, Москвы и Казани, и везде подтвердили, что готовы работать с онлайн–платформой СПбГУ. Некоторые уточнили, что готовы перезачесть онлайн–курсы и других организаций, если они соответствуют учебной программе студента. Кстати, так уже несколько лет делают и в самом СПбГУ. “Мы давно убедились в эффективности этого метода”, — говорят там.

“Оцифровка” курсов идет повсеместно. В МГУ разработана своя платформа “Университет без границ”, на которой проводится аттестация на открытых онлайн–курсах студентов МГУ и студентов других вузов начиная с 2014 года. Университет ИТМО открыл бесплатный доступ для студентов к своим онлайн–курсам на портале “Открытое образование”. “После прохождения курсов мы будем предоставлять вузам ведомости об успеваемости их студентов, чтобы им могли зачесть пройденные онлайн–курсы во время сессии”, — рассказали в ИТМО.

Уберизация образования

Когда–то Uber изменил всю систему такси, создав единую платформу для тысяч перевозчиков. Похожая “уберизация” началась и в системе российского высшего образования. Все имеющиеся в стране открытые курсы сейчас аккумулируются на Национальной платформе открытого образования (npoed.ru), созданной в 2015 году ведущими российскими вузами, включая МГУ, МФТИ, ВШЭ, СПбГУ, СПбПУ и ИТМО. Пока что список читаемых курсов ограничен, но система развивается быстро.

К чему это ведет? Появляется конкуренция между вузами за студента. Обучающийся больше не “крепостной”, навсегда привязанный к своей кафедре и ее преподавателям. Если что–то идет не так (скучные лекции, конфликт с преподавателем), можно податься на онлайн–платформу и прослушать яркий и вдохновляющий курс там. Как говорят в МГУ, в первую очередь системой стали пользоваться региональные вузы, которым не хватало профильных специалистов. Это позволило им сохранять программы обучения. Например, в Дальневосточном федеральном университете все первокурсники слушают онлайн–курс МГУ по математическому анализу.

В долгосрочной перспективе измениться может вся система. Небольшим вузам в регионах достаточно будет сохранить роль менторов (они могут подбирать программу, вести научное руководство), организаторов (проводить лабораторные эксперименты офлайн, обеспечивать учебную социальную среду для молодежи), а также бюрократов (выдавать дипломы). Однако сам процесс образования может переместиться в онлайн–аудитории лидеров.

“Я лично сравниваю это с театром и кино, — говорит директор Центра развития электронных образовательных ресурсов МГУ Денис Янышев. — Критики говорили, что кино заменит театр, но что мы видим? Прошло 120 лет, театр живет своей жизнью, и на хорошие представления билеты достать сложно. Примерно так же, я думаю, будет развиваться и образование. Традиционное офлайн–обучение будет доступно ограниченному числу людей по конкурсу или платно. Но будет онлайн–образование, которое все ограничения территориальные снимает и, самое главное, позволяет улучшить региональным вузам свои программы”.

Кстати, слушают такие курсы не только студенты, но и профессура. На кафедре английского языка МГИМО приняли решение, что все сотрудники должны прослушать курс основательницы факультета иностранных языков и регионоведения МГУ Светланы Тер–Минасовой.

Факультет “собери сам”

Очевидно, новые технологии образования открывают возможности для получения узкой специализации. Сейчас даже в лучших вузах не всегда удается найти специалистов по теме, которая может интересовать студента. За границей онлайн–образование уже дает возможность самостоятельно собирать программу обучения.

“Раньше тысячи лет учитель находился как бы “на сцене” и передавал информацию студенту, — говорит Ирина Следьева, CEO образовательного агентства “АкадемКонсалт”. — Такой стиль преподавания требует от педагога быть экспертом по каждой теме, которую проходит студент. Но, учитывая скорости появления новых технологий и вообще новостей, система не в состоянии обеспечить все общество высококвалифицированными экспертами. В будущем роль учителя — это гид или тренер, который показывает, как и что учить, но при этом он уже не должен быть экспертом в данной области. Для обучения будет применяться более личная форма — создание студентом собственной программы, возможность изучения курсов от разных вузов из разных стран, онлайн или очно, например, с передвижением из вуза в Австрии в университет США, покупкой одного предмета в Гарварде, а второго — в Кембридже и так далее”.

Вот только вряд ли все это быстро придет в Россию. Сейчас вуз обязан соблюдать все требования Федерального государственного образовательного стандарта. Любые отклонения нужно согласовывать в министерстве, а это крайне хлопотно. То есть создать собственную программу обучения можно только в рамках курсов повышения квалификации, рассказали “ДП” в одном из городских вузов среднего звена. Неповоротливость системы подтверждают и в СПбГУ, но поменяться предстоит и самим студентам.

“Я верю в ценность самостоятельного выбора, в значимость персонального или группового наставника, который помогает совершить этот выбор и осмыслить его. Но есть два важных но… Первое. Мы так долго всем внушали, что конкуренция — двигатель прогресса и развития, что высшей школе понадобится еще много и много лет, чтобы преодолеть этот естественный барьер: “учиться надо только в нашем вузе, потому что он лучший, слушать только мои лекции, потому что у соседа хуже”. Второе. Студент должен осознать, что от его активности и позиции зависит качество его образования, а не от вывески на вузе или шапки в дипломе. Проще говоря, целому поколению надо будет сменить ориентиры: с пассивной патерналистской позиции — “мне предоставляют некачественную образовательную услугу” — на активную субъектную — “я получаю качественное образование при помощи своего вуза и всех ресурсов образовательных платформ”. Оба эти перехода совсем не простые и займут немало времени”, — считает директор института педагогики СПбГУ профессор Елена Казакова.

Конкуренты из–за границы

Между тем в борьбу за российского студента включаются иностранные вузы. Если человек знает английский язык на хорошем уровне, границ для него больше не существует. Чисто теоретически курс можно пройти и в Хельсинки, и в Бостоне — вопрос лишь в том, будет ли он принят местным вузом. Ведущие российские университеты пока что протекционизмом не отличаются, скорее, напротив.

Другое дело, что онлайн–образование, вопреки стереотипам, удовольствие далеко не дешевое. А зарубежное образование — и подавно. Бостонский университет, например, предлагает полноценную программу обучения со всеми сертификатами, но по цене свыше $3 тыс. за каждый прослушанный курс.

“Если вы хотите получить диплом с именем известного вуза, то — да, стоимость онлайн–программ обычно равна стоимости офлайн–формата, — подтверждает Ирина Следьева. — Единственная разница: вам не потребуется платить за проживание в другой стране, перелеты и визу. А ведь именно эти статьи расходов составляют около 40% бюджета. Конечно, это дорого. Это ведь не просто залитые один раз на платформу курсы, а полноценное обучение, когда студент присутствует на live–лекции, участвует в практических семинарах, выполняет домашние задания, сдает их на проверку кураторам, получает обратную связь, на лекциях задает вопросы, на семинарах — дискутирует, только дистанционно. Также такие курсы корректируются намного чаще, чем стандартные в прошлом”.

“Онлайн–образование — это не образование для бедных, — согласна Елена Казакова. — Поверьте, у меня есть опыт обучения в дорогостоящих онлайн–программах, когда ты несколько месяцев и даже лет ждешь место у мастера, просто потому, что он берет на обучение только маленькие группы, но каждого из обучающихся ведет к максимуму его возможностей. Так что и онлайн–, и офлайн–образование бывает плохое и хорошее”.

Место для эксперимента

Но может ли быть хорошим онлайн–образование химика или физика, которому нужно проводить эксперименты? Пока это вопрос дискуссионный. В Швеции, например, считают, что нет. И хотя дистанционка там есть, все экзамены все равно нужно сдавать очно, как и лабораторные занятия.

“Нет ни одного стопроцентно удаленного бакалавриата, минимум 1 раз за семестр студенты приезжают в образовательное учреждение”, — говорит Екатерина Забелинская, директор по развитию бизнеса на международных рынках ИТ–компании “Рексофт”.

А вот в США такие программы уже существуют. “Если мы говорим о той же самой химии, то и ее можно изучать онлайн в одном из ведущих американских университетов Northeastern University. Да и пройти дистанционно повышение квалификации можно по любому направлению, в том числе по медицине. В таких университетах, как Гарвард, есть сертификатные программы онлайн, доступные для всех желающих”, — рассказывает Ирина Следьева.

Еще многим студентам в онлайне не хватает навыков командной работы — пока имеющиеся платформы плохо обеспечивают коммуникацию. Но и эти проблемы когда–нибудь решат программисты.

Уже есть виртуальные лаборатории (например, приложение Chemist для проведения опытов и реакций или Algodoo для 2d–моделирования физических экспериментов), приложения для анализа человеческого тела (Complete Anatomy, Learn Muscles, Touch Surgery).

“Технологии появляются, тот же VR позволяет делать имитации предметов физического практикума, — указывает Денис Янышев. — Что говорить, даже пилотов сперва учат на тренажерах, а уже потом они садятся в самолеты. То есть эти инструменты сейчас активно развиваются, хотя многие преподаватели пока не готовы к этому”.

“Мы недавно реализовывали проект, в котором дети были вынуждены из–за коронавируса оставаться дома, но эксперимент за них проводил, а точнее был их руками, профессор вуза, — рассказывает Елена Казакова. — Обе стороны получили большое удовольствие и пользу, хотя, если бы они съехались в лабораторию, я думаю, радовались бы больше”.

Источник: https://www.dp.ru/a/2020/05/18/Udalennie_znanija

ЕЩЕ НОВОСТИ

Меню